Памяти Фархада Агамалиева

Памяти Фархада Агамалиева

Азербайджанская диаспора Москвы попрощалась с талантливым журналистом, прекрасным писателем и известным сценаристом Фархадом Агамалиевым. Он ушёл из жизни резко и неожиданно для всех – просто остановилось сердце.

Он никогда ничего не таил в себе и всегда делился с окружающими своими успехами и неудачами. Успехов было гораздо больше, и мы – все те, кто долгое время работал с Фархад муаллимом, - радовались ими, вместе обсуждали его планы. Спорили о его будущей книге, немножко завидовали его мечтам о жизни и творчестве на морском побережье Болгарии, куда он страстно стремился, радовались первым шагам и первым словам его любимой внучки Никуси. Но всё перечеркнула внезапная смерть…

Он врывался в редакцию струёй свежего воздуха, порывом весеннего ветра, и после дежурного "Ну как у нас дела?", не дожидаясь ответа, неизменно произносил: "Знаешь, старик  я тебе вот что скажу…". И разражался очередным искристым и солёным анекдотом, которых его феноменальная память хранила несметное множество.

Он был необыкновенно энергичным, живым, деятельным. Да никто и не давал ему его возраста – трудно было поверить, что этому кипящему энергией человеку с искрящимися глазами и улыбкой, не сходящей с лица, уже за шестьдесят. Это был волшебный фейерверк юмора и остроумия, ходячая энциклопедия, страстный поклонник русской поэзии, творчества братьев Стругацких и заядлый болельщик московского "Спартака". Сослуживцы называли его по имени  да он и не обижался. Разве что уж очень юные добавляли традиционное азербайджанское "муаллим" – учитель.

Он был не просто редактором, а другом и настоящим учителем. Он мог часами разъяснять, что и как нужно поменять в материале, чтобы он читался и был интересным. И журналистская братия часто пользовалась этим, подсовывая Фархаду Муталибовичу свои "сырые" опусы. Он читал, сокрушался, ещё раз разъяснял, раскладывал всё по полочкам, а потом брал свою любимую перьевую чернильную ручку (новшеств вроде компьютеров он не признавал - "У Льва Толстого компьютера не было"), и… начинал переписывать всё сам.

Он был не просто писателем – он был талантом от Бога. Он брался за самые сложные сюжеты и темы. Заголовки его статей били в цель не хуже винтовки: "За что расстреляли Баку?", "Забвенью не подлежит", "Бессмертье", "Граница меры". И тут же – такие тёплые и по-домашнему уютные "Имя рая – Исмаиллы", "Вкусно о вкусном", и ставшее народным "Бакинство"...

Каждая его строка, каждая фраза несла законченную мысль, проникнутую смыслом – будь то воспоминания детства "Бакинство", романтичная "Луна над Джанали" или эссе "Возвращение на Родину".

Он беззаветно любил Баку и Москву. Страну детства Азербайджан и страну, в которой он выучился и проработал более 40 лет – Россию. Был вот таким вот москвичом-азербайджанцем. Но не показным патриотом, а человеком с четкой гражданской позицией, с несгибаемой волей - особенно если это касалось проблем его обеих родин. Он не мог молчать, если видел, что рядом творится несправедливость. Ни когда в конце 80-х начались карабахские события, ни позже, когда решался вопрос об отношении России к карабахскому конфликту, в то время как очередные резолюции СБ ООН по Карабаху оставлялись без внимания. Он говорил и писал об этом и будучи главным редактором выходившей в Москве газеты "Панорама Азербайджана", и в журнале "Восточный экспресс", и будучи руководителем пресс-службы посольства Азербайджана в России, и в газете "Азербайджанский Конгресс".

И вот теперь его нет. Не выдержало сердце, которое всегда больше болело за других. Может, стоило и поберечься, но беречься он не умел - жил, что называется, на пределе…

Обидно и больно, когда навсегда уходят такие светлые люди, сильные и справедливые, требовательные к себе и честные по отношению к другим. Люди, которые всегда были готовы протянуть руку помощи, пособить и словом, и делом. Нам всем будет очень его не хватать - такого галантного и смешного, немного старомодного, но честного и чистого душой...

Коллектив "Вестника Кавказа" присоединяется к соболезнованиям близким Фархада Агамалиева, и всегда будет относиться к его памяти с почтением. Как писал соотечественник Агамалиева С.А.Ширвани, физический уход не означает смерти, так как остались в этом мире его слова. Фархаду удалось выполнить завет великого Физули, он оставил не много слов, но они все имеют силу возрождения их автора из небытия. Да, такие люди никогда не уходят, и они могут вместиться в оба мира.

Земля вам пухом, Фархад муаллим!..

СПРАВКА "ВК":

Фархад Муталибович Агамалиев родился в Баку в 1946 году. Рано начал писать, в различных республиканских и союзных изданиях печатались его литературные рассказы и публицистические материалы.
Окончил сценарный факультет Всесоюзного Государственного института кинематографии. По его литературным сценариям поставлены художественные фильмы "Старый причал", "В семнадцать мальчишеских лет", "Тот, который не просил", "Поражение после победы", ряд документальных лент на киностудиях Баку, Москвы, Свердловска, Минска. По его пьесе "Стрела и цель" поставлен одноименный спектакль в Баку.
Фархад Агамалиев был кинообозревателем газеты "Советская культура", главным редактором выходившей в Москве газеты "Панорама Азербайджана" и журнала "Восточный экспресс". В 1993-2004 г.г. находился на дипломатической службе, руководил пресс-службой посольства Азербайджана в России, а с 2005 года работал начальником отдела диаспоры в газете "Азербайджанский Конгресс" и сотрудничал с журналом "Баку".



"ВК"

12525 просмотров



Вестник Кавказа

в Instagram

Подписаться



Популярные

Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!